Всю жизнь я думал, что со мной что-то не так. Сейчас я лучше понимаю себя. С детства было сложно понимать людей, мне всегда казалось, что все вокруг знают что‑то, какой‑то тайный шифр. о котором мне никто ничего не сказал. Я чувствовал себя неправильным, несуразным, мне было страшно говорить, страшно улыбаться, всегда хотелось спрятаться в какую‑то безопасность, но безопасности не было, даже родственники, семья ощущались чем‑то, если не враждебным, то, как минимум, недружелюбным, все эти весёлые подколки, обращение внимания на внешний вид дали понять, что лучше всего не высовываться, не доверять никому своих чувств и мыслей
Я выработал некую систему, которая, если в двух словах, заключается в том, что всё сказанное может и будет использовано против меня, а значит, чем меньше я говорю и показываю, тем меньше возможностей дам себе навредить. Система могла работать в раннем детстве, а потом началась школа, шумные разные одноклассники, очень много людей, очень много всего, я оказался в каком‑то водовороте
Всю жизнь я ощущал себя отличным от других людей, что, впрочем, не помешало добиться определённого успеха в жизни, участвовать в социальных активностях, но очень многие вещи утомляли ужасно, после, например, посиделок за настольными играми, я возвращался домой с ощущением, что разгружал вагоны — спина болела, кости ныли, голова не соображала
После одного из продолжительных депрессивных эпизодов, я пошёл к психотерапевту, которая предположила у меня синдром Аспергера, основываясь на мимике, особенностях речи и другим признаках. Тогда я не придал этому большого значения, но в памяти засело и через какое‑то время я начал читать, находя всё больше и больше сходств с собой. Честно говоря, я обрадовался: Теперь могло быть так, что я не просто какой‑то юродивый, нет, у моего состояния есть описание, мои особенности можно контролировать, да и вообще я такой не один, подобные сложности есть у многих, есть механизмы, позволяющие с ними справляться!
Я довольно скептически отношусь к самодиагностике и считаю, что тот, кто ищет у себя диагноз, найдёт его обязательно, а потому решил получить мнения специалистов, сначала обратился к одному специалисту, который за несколько сессий предположила РАС и пограничные черты, но она не проводит диагностику, а только подтверждает или опровергает подозрения, а потому далее я обратился к Любови, которая после диагностической сессии выдала мне клинико-психологическое заключение на 6 листах о наблюдениях и симптомах, связанных с аутистическим спектром. Это было ещё до начала работы фонда
Сейчас я стараюсь отслеживать свои состояния, регулировать количество источников перегрузок, еженедельно хожу на сессии к психологу — обсуждаю свои сложности и, кажется, впервые чувствую, что сам управляю своей жизнью, что я не «человек второго сорта», а просто немножко не такой, как большинство вокруг, что не делает меня хуже или лучше